Общественно-политическая и творческая деятельность С.И. Габиева тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 07.00.02, кандидат исторических наук Мусаев, Сулейман Ахмедович
- Специальность ВАК РФ07.00.02
- Количество страниц 177
Оглавление диссертации кандидат исторических наук Мусаев, Сулейман Ахмедович
Введение
Глава 1. С.И. Габиев — революционер
1.1.Формирование общественно-политических взглядов С.И. Габиева
1.2. Демократические тенденции в юношеских произведениях С.И. Габиева
1.3. Революционная деятельность С.И. Габиева в молодые годы
Глава 2. Просветительство С.И. Габиева
2.1. Россия и горские народы Кавказа в общественно-политических взглядах С.И. Габиева
2.2. Социальная направленность публицистики С.И. Габиева
2.3. Просвещение и культура горских народов в публицистике С.И. Габиева
2.4. Критика концепции евроцентризма в трудах С.И. Габиева
Глава 3. С.И. Габиев — государственный деятель
3.1. Деятельность С.И. Габиева в годы революций и Гражданской войны
3.2. С.И. Габиев — организатор становления Республики Дагестан
3.3. Гуманизм С.И. Габиева 135 Заключение 148 Примечание 152 Список использованной литературы
Рекомендованный список диссертаций по специальности «Отечественная история», 07.00.02 шифр ВАК
Общественно-политическая и научная деятельность С.И. Габиева2006 год, кандидат исторических наук Мусаев, Сулейман Ахмедович
Далгат Магомед Алибекович - общественно-политический и государственный деятель Дагестана. 20-30-е гг. XX в.2009 год, кандидат исторических наук Ибрагимова, Асият Шамсудиновна
Дагестанская интеллигенция в трех российских революциях начала XX в.2007 год, кандидат исторических наук Идрисов, Юсуп Магомедович
Общественно-политическая деятельность дагестанской интеллигенции в первой четверти XX века2012 год, кандидат исторических наук Харисова, Заира Госеновна
Дагестан в художественной публицистике П.К. Услара2007 год, кандидат филологических наук Рашидова, Гюльнара Рашидовна
Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Общественно-политическая и творческая деятельность С.И. Габиева»
Актуальность предлагаемого исследования. Об уникальной личности Сайда Ибрагимовича Габиева (1882 - 1963), первого дагестанского поэта-романтика, первого историка-исследователя, первого дагестанца-участника революционных боев на баррикадах 1905 года, впоследствии отдавшего предпочтение просвещению и преобразованию общества ненасильственным путем, первого дагестанского публициста, издателя первых национальных независимых демократических газет, основателя государственности Республики Дагестан, человека, прошедшего через репрессии, но не сломленного застенками тюрем, написано немало. Сам жизненный и творческий путь Сайда Ибрагимовича Габиева составляет часть истории не только его родного Дагестана, но и всего Северного Кавказа и всей России. Он известен на Кавказе как ученый-историк, этнограф, фольклорист, философ, публицист, писатель. Габиев стал издателем первых дагестанских демократических газет. Обширно его творческое наследие. Оно включает в себя значительное количество разнохарактерных, не потерявших и поныне своей научной значимости исследований, новаторских поэтических и прозаических произведений, глубоких по содержанию и стилю публицистических сочинений. Его произведения издавались в основанных им же газетах «Заря Дагестана», «Мусульманская газета» и не только в них. Они опубликованы в научно-популярных изданиях, российской, кавказской и зарубежной прессе.
Не утихает интерес к творчеству С.И. Габиева. Цитаты из его научных, публицистических и художественных работ приводятся в научно-исследовательских статьях, монографиях, квалифицированных трудах. Говоря, в частности, о мемуаристике Габиева, нашедшей отражение в «Избранных трудах», профессор В.Г. Гаджиев подчеркивает, что «это самая малость того, что написал наш автор в этом жанре. Часть же воспоминаний о времени, о себе, о своем народе и его выдающихся представителях, о революции, о Гражданской войне в Дагестане, на Тереке и в Закавказье»» осталась не опубликованной1. Это объемные монографии «Борьба горцев под предводительством Шамиля» и «Очерки революционного движения в Дагестане». Часть первого из названных трудов периодически печаталась в газете «Красный Дагестан» в течение 1925-1926 гг., но так и осталась неопубликованной полностью. Второй же, представлявший из себя крупную монографию, над которым по заказу Института истории, языка и литературы Дагестанского филиала АН СССР Сайд Ибрагимович работал в течение ряда лет и завершил в самом начале 50-х годов XX столетия, обратил внимание читательской общественности республики. Однако «кому-то из власти предержащих не хотелось, чтобы сочинение Сайда Ибрагимовича увидело свет», и труд остался неопубликованным. «Мало того, .и рукопись исчезла. Но материалы этой книги расползлись по сочинениям и квалификационным трудам лиц, имевших доступ к ней»2. До сих пор не обнаружена заключительная часть повести С.И. Габиева «В народ». Что же касается его государственной деятельности, то о ней вообще мало кто упоминает. Даже такой серьезный ученый, как М.А. Казамбиев, сумел изложить провозглашение автономии Дагестана, ни разу не упомянув имя человека, внесшего решающий вклад в реализацию этого политического акта.
Все это еще раз убеждает нас в том, что творческий путь крупного ученого, историка, мыслителя, выдающегося публициста, блестящего полемиста, пламенного оратора, революционера, государственного деятеля требует всестороннего и глубокого изучения. Цель данной работы -объединить все сказанное о Габиеве и дополнить новыми сведениями, которые дали бы возможность по-новому взглянуть на его личность. Вместе с тем хочется подчеркнуть, что, несмотря на указанные недостатки, проанализированные критические работы дают благодатный материал, отталкиваясь от которого мы получили возможность написать этот труд.
Объектом исследования данной диссертации является общественно-политическая и научная деятельность С.И. Габиева, неразрывно связанная с весьма сложной эпохой, полной социальных противоречий, тремя революциями и строительством нового государственного строя.
Предметом исследования является исторические и просветительские труды С.И. Габиева, его роль как политического деятеля в установлении государственности Республики Дагестан.
Хронологические рамки исследования составляют период от окончательного вхождения Дагестана, ликвидации ханского-бекского управления и обустройства края 60-х годах XIX века до установления здесь автономии и деятельности советской власти в 20-х годах XX столетия.
Степень изученности проблемы. Первой научной работой, посвященной творчеству С.И. Габиева, является статья Э.Ю. Кассиева «Сайд Габиев», помещенная в книге «Очерки лакской дореволюционной литературы»3. В статье рассказывается о жизни и деятельности С.И. Габиева. Рассматривается его многостороннее литературное творчество. Особое внимание обращается на публицистическую деятельность. Автором подчеркивается новаторство публицистики С.И. Габиева. Много места уделено изданию газет «Заря Дагестана» и «Мусульманская газета», освещавших «злободневные вопросы тогдашней современности». Статья знакомит читателей с их программой, которая рассматривала такие вопросы, как политика самодержавия на Кавказе, стремление «русифицировать инородческое население», деятельность военно-гражданского управления в Дагестане, произвол начальников округов, роль просвещения и школы для «туземного населения», необходимость «обучения детей на своем родном языке», неразрывная связь Дагестана с Россией и т. д. и - «жизненно-важные вопросы поднимались впервые именно в столбцах габиевской газеты»4.
Э.Ю. Кассиев показал, что лакская литература XIX в., представленная ранее «в основном лирическими произведениями на любовные и религиозные темы» и страдавшая «отсутствием великих идеалов», была выведена
Габиевым «из рамок личных, авторских переживаний» на новый социально-общественный и политический уровень. «Это был своего рода скачок от интимного к злободневному», - говорит Кассиев. «Основоположником этого нового направления явился именно Сайд Габиев, в творчестве которого оно носило не случайный, а органический характер», - добавляет он.
В работе проанализирована также проза Габиева, в основе идейно-тематического плана которой лежит призыв к борьбе. Кассиев первым увидел в его приподнято-героическом пафосе и романтическом стиле влияние Максима Горького. «Творчество Габиева, - считает Э.Ю. Кассиев, - было во всех отношениях новым явлением в лакской литературе»5. Новым было не только идейное содержание его произведений, но и портретность и динамичность образов.
Статья Э.Ю. Кассиева - первая попытка профессионально проанализировать творчество Габиева, публициста и поэта. Она выполнена настолько качественно, что все, что сделано в дальнейшем, так или иначе носит на себе печать этой работы.
Значительное место творчеству С.И. Габиева как журналиста и публициста отведено в книге доктора исторических наук профессора М.Д. Бутаева «Большевистская печать Дагестана». Говоря о газете «Заря Дагестана», автор подчеркивает: «Это была первая прогрессивная газета, положившая начало дагестанской революционно-демократической печати»6. Широко представлена в анализируемой работе связь, которую поддерживала газета с читателями и агентами, преданно и самоотверженно собиравшими средства для издания и распространения ее среди населения. Описано, в каких тяжелых условиях она издавалась, какую широкую поддержку находила среди населения и какую огромную работу проделывал Габиев, будучи одновременно редактором, корректором, наборщиком, печатником, в условиях, когда «свободное слово могло родиться только в подполье»7.
В книге рассказано и об издательстве «Мусульманской газеты». «Многие исследователи в своих работах дают разные оценки газете «Заря
Дагестана» и «Мусульманской газете». Некоторые же допускают ошибку, считая «Мусульманскую газету» продолжением «Зари Дагестана». В этой связи нам хочется высказать некоторые мысли по.«Мусульманской газете», так как «мусульманская» настораживает многих исследователей и по этой причине они старательно обходят ее, или в лучшем случае, отводят место в сносках к своим работам», — говорит М.Д. Бутаев и показывает, что газета не придерживалась «каких-либо националистических или мусульманских идей» и что в ее «статьях красной нитью проходят идеи дружбы и братства народов, независимо от их национальной принадлежности и вероисповеданий»8.
Рассказано в книге о конфискации газет и судебных преследованиях, о лекциях и агитационной работе Габиева. Коснулся автор и его художественных произведений.
Вместе с тем Магомед Джалалутдинович Бутаев находит «классовую ограниченность мировоззрения авторов <публикуемых в газете материалов>, недостаточную их классовую зрелость»9. Эти же недостатки, считает он, присущими и редактору. В общем же деятельность Габиева в качестве журналиста и публициста в книге раскрыта достаточно широко.
Работа Х.М. Хасбулатова «Сайд Габиев» ставит перед собой «задачу более или менее подробно изложить мировоззрение» ученого, причем, указывается, что оно, это мировоззрение, «является противоречивым, сложным», что «в одной и той же статье можно встретить взаимоисключающие друг друга положения, непоследовательность», хотя никаких доказательств не приводит. Он утверждает, что старался «показать его личность и дать анализ мировоззрения со всеми характерными положительными и отрицательными сторонами его деятельности».
Говоря об участии Габиева в годы учебы в Петербургском университете в студенческих волнениях, сражениях в рядах путиловцев на баррикадах в период революции 1905 года, автор подчеркивает, что «это было не кратковременное увлечение революцией, а осознанная деятельность уже зрелого человека, решившего стать на путь борьбы с самодержавным строем»10. Довольно подробно говорится о творчестве С.И. Габиева, в котором «он выступает как человек, недовольный существующим строем, изобличающий его пороки, желающий просветить свой народ, сделать его счастливым», считающий, «что во всех несчастьях народа виноват царизм»11, а также о его сотрудничестве с газетой «Дагестанские областные ведомости».
Высоко оценивает Хасбулатов деятельность Сайда Габиева как редактора основанных им же газет «Заря Дагестана» и «Мусульманская газета». Хасбулатов Х.М. отмечает, что «газета была проникнута стремлением пробудить революционное сознание угнетенных народов, просветить широкие массы трудящихся, облегчить их участь», что «она
19 выступала как страстный поборник дружбы всех народов» , что «он (Габиев) проявляет широкую осведомленность в области истории, литературы,
11 философии и культуры всего Ближнего Востока» . Подытоживая публицистическую деятельность Габиева, Хасбулатов указывает, что «Габиев в основном правильно подметил то характерное, что имело место в идейном наследии великих мыслителей арабоязычной философии, хотя не избегнул определенного субъективизма в их оценке»14. В чем же выражается субъективизм Габиева? Более всего не устраивала аналитиков марксистско-ленинского толка его вера в бога. Поэтому и делается вывод, что мировоззрение Габиева, в частности его работа «Арабы, ислам и арабо-мусульманская культура», «в целом страдает серьезными методологическими ошибками и упущениями». Правда, как бы проявляя снисхождение, добавлено: «Однако, чтобы правильно оценить ее положительные и отрицательные стороны, не подвергнув книгу нигилистическому отрицанию, необходимо помнить время ее написания и конкретные исторические условия, при которых она появилась»15.
Положительной направленностью взглядов Габиева является то, что он, несмотря на то, что «колонизаторская и шовинистская политика царизма делала их (мусульман. - С.М) наиболее темными и забитыми», «не возвеличивал и не противопоставлял мусульман, в частности горцев Дагестана, другим народностям, и не рассматривал их в отрыве от русского народа». Далее, «пытаясь использовать религиозную веру трудящихся масс в интересах просвещения, он под видом религиозных требований выдвигает доводы в пользу просвещения, которые в сущности противоречат духу религии»16. И все делается, чтобы подойти к своему главному выводу: «Веру в бога он пытается использовать для того, чтобы направить их на путь просвещения и научного прогресса».
Габиев, по словам Х.М. Хасбулатова, стремится эклектически примирить непримиримое - схоластику исламской идеологии и «научное понимание всего мирового», что приводит к противоречивости и непоследовательности его воззрений этого периода»17. Но, раз коснувшись «исламской идеологии» и «научного познания», никак нельзя пройти мимо основного вопроса философии. И то, что «Габиев не писал специальных философских работ, в которых в систематизированном виде решались бы онтологические и гносеологические вопросы философии», не мешает автору сделать вывод, что С.И. Габиев был объективным идеалистом. Вот что он пишет: «. В своих исторических трудах, публицистических статьях он попутно, по необходимости, касался и философских вопросов. Из изданных его работ дооктябрьского периода вытекает, что он основной вопрос
1Я философии решал в духе объективного идеализма» . Надо заметить, что Габиев, даже по необходимости касаясь философских вопросов, вообще не рассматривает основного вопроса философии.
Хасбулатов говорит: «Он (Габиев. - С.М.) считает бога первотворцем всей действительности»19. А ведь основной вопрос философии, строго говоря, звучит не так, как ставит его автор книги. Вопрос рассматривает, что первично - материя или идея. При этом он упускает из виду, что для мусульманина абсурден сам основной вопрос философии, потому что для него материя и идея не имеют ни начала, ни конца, они извечны, они едины, оба они в Аллахе.
Что касается второй части основного вопроса философии, познаваем ли мир, то для мусульман он также не корректен, потому что Коран постоянно рекомендует изучать мир. Для мусульманина вообще не существует «вещи в себе», для него все существующее - «вещь для себя». Для мусульманина познаваем даже Аллах: он познаваем, но не исчерпаем, точно так же, как у материалистов материя. Для марксистского же учения основной вопрос философии никогда не был риторическим. Правда, в отличие от своих последователей, основоположники учения всегда были конкретны. Последователи же не исключали экстраполяции в своих выводах. Вот аналогичный пример у Х.М. Хасбулатова: «Таким образом, из сказанного вытекает, что научная и пропагандистская деятельность Габиева дооктябрьского периода, а также издаваемые им газеты не лишены
20 недостатков, говорящих об ограниченности его мировоззрения» .
И уже вовсе как приговор звучат выражения Хасбулатова «идейное отступление Габиева от последовательного революционного учения» или «он не поднялся до марксистского решения поднимаемых им вопросов».
В общем в книге деятельность С.И. Габиева расценивается положительно. Признается, что «просветители Дагестана, в том числе и
Габиев, были выразителями интересов трудовых масс; они боролись против невежества и отсталости, пропагандировали научные знания, призывали
01 народ приобщиться к передовой русской и мировой культуре» . Что касается его государственном деятельности, о ней в книге сказано только вскользь. И все же положительным моментом книги, рассматривающей философские взгляды С.И. Габиева, является то, что она выводит его образ за рамки, в которые невольно был загнан дагестанской научной литературой советского периода, сводя его многогранную деятельность к литературно-публицистическому творчеству.
Свою статью «Публицистика Габиева» Камиль Султанов начинает так: «Он мог бы стать выдающимся историком-востоковедом. Основанием для такого предположения служат его научно аргументированные, литературно отточенные исследования по арабистике (главным образом по истории материальной культуры и религии арабов), а также яркие очерки по истории революционного движения на Кавказе. Он мог бы стать интересным беллетристом, доказательством чему является его неоконченная повесть «В
22 народ» и другие прозаические произведения» . Высокую оценку он дает также стихам С.И. Габиева: «В самом начале XX века Сайд Габиев выступил
23 со стихами, звучащими как набатный призыв к борьбе против угнетателей» . При этом проводится некоторое отличие Габиева-поэта от Габиева-публициста: Габиев-поэт имел предшественников в родной литературе, в частности он «мог учиться поэтическому мастерству» на «изумительных лирических и эпических произведениях лакского фольклора, а также сочинениях лакских поэтов прежних лет», «в публицистике же он не имел предшественников в родной литературе и сам стал первооткрывателем в буквальном смысле слова»24, говорит Султанов. Он указывает, кто были его учителями - русские революционные демократы Белинский и Некрасов, Чернышевский и Добролюбов, сочинения которых «основательно знал», а также «гениальный сын осетинского народа Коста Хетагуров». Прав автор, проводя параллель между Коста Хетагуровым и Саидом Габиевым: «Неразумный и жестокий режим, установленный колониальной администрацией, к тому же сохранившей и власть местной «знати», социальный и национальный гнет, полное бесправие абсолютного большинства трудящихся горцев, доведенных до нищеты, - такова общая картина жизни, отраженной в публицистике и Коста Хетагурова, и Сайда Габиева»25.
В статье приводятся образцы, характеризующие габиевскую «железную логику социологического анализа». Но затем, продолжая указанную параллель, автор неожиданно заявляет, что «Сайду Габиеву не хватало политической зрелости «свободного от каких бы то ни было реформистских иллюзий» Хетагурова-публициста, который «не верил в возможность облегчения тяжелого положения обездоленных народов гор при существующем строе» . Автор в типичном для своего времени духе «разоблачает» подобные иллюзии у Габиева и не допускает и мысли, что возможны какие-либо способы решения социальных проблем, кроме насильственных.
Еще один недостаток С.И. Габиева в представлении К.Д. Султанова -это «заигрывание с богом, пророком и религией». Его возмущает попытка
27
Габиева «использовать веру в бога для просвещения» . Он спрашивает: «Допустим на минуту, военный губернатор Дагестана был бы высокообразованным администратором, глубоко изучившим вверенный ему край, а его подчиненные — начальники округов — были бы тоже весьма развитыми и просвещенными. Неужто что-либо могло измениться в таком случае? Судя по некоторым статьям Габиева, опубликованным в «Заре Дагестана» и «Мусульманской газете», он искренне верил в возможность значительного изменения положения вещей при просвещенных администраторах и чиновниках» . Здесь явно видно, что по представлениям К.Д. Султанова представитель правящего класса заведомо должен быть «отрицательным персонажем», более того, у него не может быть ни одной положительной черты. Большевистское мировоззрение даже в положительном шаге, предпринятом царским правительством, выискивало одни только недостатки, в то время как С.И. Габиеву, применяя слова Г.С.
7Q
Кнабе, «кровавое марево <своей эпохи> не застилало глаза» .
Автор статьи находит в биографии Габиева еще больший «порок». Он пытается вбить клин между высказываниями редактора-издателя и опубликованными им в газете текстами. «Говоря о габиевских газетах, надо руководствоваться не столько высказываниями самого редактора-издателя, сколько опубликованными в газете текстами», - говорит он, тогда как они, конечно, не идентичны, но все же составляют единое целое и разделять личность от его творчества означало бы раскалывать внутренние противоречия, присущие всякому человеку, на две раздельные половинки. Но К.Д. Султанов на этом не останавливается. Уподобляясь следователю, он детально разбирает, на какие средства издавались габиевские газеты. А когда же Габиев, отвечая на вопрос Натальи Калиевой, как же он мог при том скудном материальном положении выпускать их, говорит: «Молодость и смелость! На оплату типографам за печатание первого номера занял шестьдесят рублей у квартирной хозяйки. Остальное помогли по крохам собрать земляки студенты. Печатали газету в типографии ахуна Баязитова. Было такое важное мусульманское лицо в столице - он же преподаватель тюркских наречий на курсах языков при министерстве иностранных дел», -тут Султанов готов разоблачить его в порочащих связях. «Что и говорить, силен тот, кто обладает молодостью и смелостью, - иронически замечает он, - но этого все же недостаточно для издания газеты. Любопытно отметить, что упомянутый Габиевым ахун Баязитов был не только преподавателем «тюркских наречий», но и издателем газет панисламистского толка, предводителем мусульман, проживающих в столице империи. Вряд ли такой человек, как ахун Атаулла Баязитов, мог разрешить в своей типографии печатание газеты, направленной против тех взглядов, которых придерживался сам ахун». А затем добавляет: «При добросовестном изучении «Зари Дагестана» и «Мусульманской газеты» возникает масса вопросов, зачастую загадочных, требующих дальнейшей кропотливой исследовательской работы», - говорит Султанов, забывая, что подобные предположения не имеют отношения к науке.
Профессор Владилен Гадисович Гаджиев посвятил Сайду Габиеву две статьи. Одна из них представляет из себя предисловие к «Избранным трудам» С.И. Габиева и посвящена его жизненному и творческому пути . Другая включена в книгу «Мастера отечественного кавказоведения» и называется «Габиев как историк и мыслитель»31. Обе статьи, хотя и опираются на одни и те же источники, в силу поставленных задач, представляют из себя вполне самостоятельные работы.
В статьях дан глубокий анализ эпохи, предшествующей рождению Габиева, периода его общественно-политической деятельности. Огромные познания и непосредственные контакты, которые имел автор статей с Габиевым дают ему возможность сжато, но достаточно полно представить образ выдающегося политического деятеля, просветителя, мыслителя, ученого и поэта, весь пройденный путь непреклонного борца за освобождение угнетенного народа, начиная с северной Опочки, где он родился, перенося действие в Кумух, где он вырос, затем в Ставрополь, где он учился, далее Санкт-Петербург, где состоялось его становление как революционера, редактора, журналиста, публициста, оратора, а потом уже в Дагестан, где боролся за установление государственности в Стране гор. Не сломился мужественный революционер и в 30-ых годах, арестованный мракобесами и интриганами.
В.Г. Гаджиев показал Габиева не только как несгибаемого борца, но и бескорыстно преданного науке ученого, настойчивого и принципиального исследователя, личность, неудобную для власти предержащих, а еще как обаятельного человека, верного друга, бескорыстного помощника дагестанских студентов.
На высоком эмоциональном подъеме написана статья доктора филологических наук профессора Н.С. Джидалаева, предваряющая книгу «Лаки, их прошлое и быт», изданную ООО «Риасофт» . Н.С. Джидалаев дает высокую оценку Габиеву как выдающемуся поэту, страстному публицисту. «Но Сайд стал поэтом не потому, что не мог не писать стихи (что обычно бывает с большими поэтами) и что именно в 15 лет в нем вдруг проснулся поэт, а потому, что именно в те годы в гимназисте Сайде проснулся революционер»33, - говорит Джидалаев. Для него Габиев прежде всего революционер и государственный деятель, а затем уже публицист, поэт, писатель, ученый.
Проанализирована нами также диссертационная работа на соискание ученой степени кандидата исторических наук Магомедова М.Г. «Исторические взгляды С.И. Габиева». В ней дается анализ ряда исторических произведений С.И. Габиева, которым дается высокая оценка.
Особенно это касается сочинения Габиева юношеских лет «Лаки, их прошлое и быт» и «Арабы, ислам и арабо-мусульманская культура». Однако в анализе первой из указанных работ автором допущены ошибки. В частности он путает сына Чолак-Сурхая Муртаза-Али-бека, который в 1741 г. был руководителем объединенных дагестанских отрядов в Турчидаго-Андаляльской битве с иранским завоевателем Надир-шахом, с одноименным сыном Сурхая II, который действительно был предательски убит в 1816 г. Одновременно надо отметить, что в работе придается преувеличенное значение религиозным убеждениям Габиева. Мы считаем, что, несмотря на то, что он причислял себя к религиозным людям, боролся за права мусульманских народов, религиозные убеждения не оказывали влияния на его исследовательскую деятельность.
Кроме разобранных в обзоре имеется ряд материалов, опубликованных в периодической печати, которые раскрывают отдельные стороны деятельности Габиева. Они нами проанализированы, но мы не станем на них останавливаться здесь, а будем говорить лишь по мере необходимости.
Как мы заметили, все эти авторы, кроме В.Г. Гаджиева, строго следуя марксистско-ленинской методологии, подчеркивали классовую ограниченность его мировоззрения, отступления от «магистрального пути развития человечества», его реформистские иллюзии и пытались обвинить его в заигрывании с богом. Что касается исторических исследований, посвященных С.И. Габиеву, то их значительно меньше. О его политической же деятельности в большинстве работ сказано только вскользь.
Происшедшие в России с начала перестройки глубокие общественные и политические изменения дают возможность преодолеть издержки советского партийного принципа в изучении объекта исследования, выйти за пределы ограниченных идеологических рамок, дать очищенную от штампов характеристику его личности, создать цельный образ общественно-политического деятеля.
Научная новизна диссертации заключается в комплексном исследовании творческого пути С.И. Габиева, в создании целостного образа общественно-политического деятеля, положившего начало новым направлениям в общественно-политической жизни народов Дагестана, освободив сам процесс исследования от идеологических штампов, раскрывая подлинное его мировоззрение. Большинство авторов считало, что только после Октябрьской революции в годы Гражданской войны он стал на большевистский путь, что до этого Сайд Габиев метался в поисках единственно верного пути, ведущего народы к вечному блаженству, при этом отрицалось, что были возможны другие пути достижения лучшей жизни, кроме как через социалистическую революцию. В действительности он считал, что не насильственные методы, а только просвещение приведет общество к реальным социальным преобразованиям. Лишь тогда когда борьба между противоборствующими сторонами приняла открыто антагонистический характер и стал перед выбором взаимоисключающих путей, он включился в борьбу за коммунистические идеалы. Но и при этом он оставался гуманистом и сторонником просвещения.
Цель и задачи исследования. Цель предпринятого исследования состоит в том, чтобы объективно изучить его многочисленные произведения, открыть в них новые стороны, очистить его образ от одностороннего подхода, который был свойственен прошедшей эпохе, и выявить истинное место, которое он занимал в событиях первой четверти XX столетия.
Достижение поставленной цели реализуется через решение следующих задач:
- раскрытие условий формирования мировоззрения С.И. Габиева;
- выявление демократических тенденций в юношеских произведениях С.И. Габиева;
- его участие в революционном движении в 1905 г.;
- определение С.И. Габиевым роли России в исторических судьбах горских народов Кавказа;
- анализ социальной направленности публицистики С.И. Габиева;
- просветительская деятельность и гуманизм С.И. Габиева;
- критика концепции евроцентризма в трудах С.И. Габиева;
- деятельность С.И. Габиева в годы революций и Гражданской войны и его роль в создании государственности Республики Дагестан.
Источниковая база исследования включает труды С.И. Габиева: юношеские произведения, научные работы, публицистика, книги, эпистолярии, мемуаристика. Кроме того, в нее входят многочисленные произведения, которые имеют отношение к рассматриваемой проблеме.
Примечательно, что в советский период вплоть до 1989 года из многочисленных произведений С.И. Габиева был издан только один сборник «Звуки лакской чунгуры» 1927 г. (повторное издание вышло в 1968 г.35), составленный из стихов, давно вошедших в хрестоматии дагестанской литературы. Общественные и политические изменения, произошедшие в России с начала перестройки, изменили в лучшую сторону отношение к творчеству С.И. Габиева. В 1989 году усилиями доктора филологических наук профессора Г.Б. Муркелинского и кандидата исторических наук Д.С. Габиева (сына Сайда Ибрагимовича) была выпущена книга «Сайд Габиев» в серии «Дагестан: время и судьбы», охватившая материалы периода с конца XIX по
36
1961 г. Это и стихи, посвященные борьбе за светлое будущее, Родине, горному пейзажу, как оригинальные (написанные самим автором на русском языке), так и переведенные (разными переводчиками) с лакского на русский язык, и поэтические новеллы и аллегории, датируемые 1897-1914 годами, неоконченная повесть «В народ», выходившая частями в газетах «Заря Дагестана» и «Мусульманская газета». Кроме того, в нее вошли статьи на общественно-политические темы, письма, адресованные С.И. Габиеву и связанные с газетной деятельностью (1912-1914 гг.), письма и приветственные адреса, полученные им в советский период, и, наконец, выступления, обращения, статьи, характеризующие работу Дагревкома в период борьбы с мятежом Нажмутдина Гоцинского, декреты, приказы государственной власти по созданию кооперации и правительственной комиссии по ликвидации неграмотности, а также некоторые воспоминания Сайда Ибрагимовича.
В 2001 году доктором исторических наук профессором В.Г. Гаджиевым был составлен сборник избранных трудов С.И. Габиева, в который, кроме некоторых из уже опубликованных сочинений, вошли и ряд ранее не переиздававшихся37. В частности, сюда были включены: юношеское сочинение «Лаки, их прошлое и быт», научно-популярное произведение «Арабы, ислам и арабо-мусульманская культура», романтическая легенда «Месть Аслан-бека», некоторые воспоминания. В том же году малым тиражом на русском и на лакском языках (перевод и комментарий Мусаева
38
С.А.) была выпущена книга «Лаки, их прошлое и быт» .
К данному исследованию привлечены преимущественно опубликованные произведения. Это, прежде всего, юношеские стихи, прозаические художественные произведения «Безумец», повесть «В народ», исторические статьи «Лаки, их прошлое и быт», «Арабы, ислам и арабо-мусульманская культуры», «Передовица», помещенную в «Заре Дагестана» №4 (16) от 28 марта 1913 года, публицистические статьи «Обычный суд и военно-народное управление у кавказских горцев», «А.И. Герцен (К столетию со дня рождения)», «Программная статья газеты «Заря Дагестана»», «Гибель «Титаника»», «Отклик Дагестана на воззвание губернатора Дагестанской области к народу», «Опять говорим: довольно крови!», «Еще раз о Балканской войне», «Штрих современного положения мусульманских государств», «Из воспоминаний по 1918-1919 и 1920 годам», воспоминания «Памяти Коста (К пятидесятой годовщине со дня смерти)», «Памяти Коста (По случаю шестой годовщины со дня смерти осетинского поэта Коста Хетагурова)», «Памяти Наримана Нариманова», «Памяти А.П. Философовой». Из неопубликованных ранее статей использованы: «Моя автобиография», написанная С.И. Габиевым в 1926 году, а также некоторые материалы из эпистолярного наследия. Ограниченный объем проводимой работы не дал возможности включить многие из неопубликованных трудов. Можно быть уверенным в том, что изучение общественно-политической и научной деятельности Сайда Ибрагимовича на этом не кончится, а явится всего лишь определенным этапом дальнейшего ее исследования.
Методологическую основу исследования составили работы Муркелинского Г.Б., Гаджиевой С.Ш., Калиевой Н.М, Алекберова Г.А., Кассиева Э.Ю., Казамбиева М.А., Абдуллаева М.А., Бутаева М.Д., Хасбулатова Х.М., Гаджиева В.Г., Джидалаева Н.С., Султанова К.Д., Магомедова М.Г.39 и др., посвященные анализу деятельности С.И. Габиева. Необходимо подчеркнуть особенно важную роль статей В.Г. Гаджиева, как наиболее свободных от идеологической однобокости.
Объективизм исследования предполагает: освобождение объекта исследования от подгонки под заранее заготовленные схемы; выявление независимых от воли исследователя связей, определяющих процессы общественно-политического развития; анализа всех явлений во всей многогранности, изучения всех фактов в совокупности.
Путь к изучению творческого наследия С.И. Габиева был расширен в 2002 году, когда на торжественном собрании общественности, посвященном 120-летию со дня его рождения, в котором приняли участие первые лица республики, с докладом «С.И. Габиев - выдающийся ученый и общественно-политический деятель» выступил первый заместитель правительства Республики Дагестан Гаджимагомедов Г.М. Состоялись научно-практическая конференция, на которой с докладом выступили известные историки Дагестана М.Д. Бутаев, В.Г. Гаджиев и другие, а также собрание общественности на родине Сайда Ибрагимовича Кумухе. К сожалению, несмотря на принятое решение, материалы этих мероприятий остались неопубликованными.
Теоретическая и практическая значимость работы заключается в том, что ее результаты дают возможность полнее и лучше оценить творчество С.И. Габиева, вернее оценить его роль в решении судьбоносных проблем в истории Дагестана. Они могут быть использованы при написании учебных пособий по истории Дагестана для вузов, средних специальных учебных заведений и школ.
Апробация работы. Результаты исследования были обсуждены и одобрены на заседании кафедры отечественной истории Кабардино-Балкарского государственного университета. Основные положения нашли отражение в публикациях автора.
Структура и объем диссертации обусловлены предметом исследования, ее целью и задачами. Она состоит из введения, четырех глав, заключения и библиографического указателя.
Похожие диссертационные работы по специальности «Отечественная история», 07.00.02 шифр ВАК
Русско-дагестанские педагогические связи: вторая половина XIX - начало XX вв.2007 год, кандидат педагогических наук Адухова, Алёна Магомедовна
Духовная культура лакцев во второй половине XIX - начале XX в.2006 год, кандидат исторических наук Джандарова, Аида Иса кызы
Развитие художественной культуры народов Дагестана в 20-30 годы XX в.2000 год, кандидат исторических наук Булейко, Наталья Андриановна
Становление и развитие образовательной сферы Дагестана в условиях российских трансформаций: конец XIX-30-е годы XX в.2012 год, кандидат исторических наук Аюбова, Шуайнат Исрапиловна
Грузино-северокавказские культурные взаимоотношения в XIX - начале XX вв.1985 год, кандидат исторических наук Гудушаури, Георгий Алексеевич
Заключение диссертации по теме «Отечественная история», Мусаев, Сулейман Ахмедович
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
С.И. Габиев - один из первых дагестанцев, прошедших полный университетский курс, получивших европейское образование и своим просвещенным менталитетом полностью обратившихся лицом к России, Европе, неразрывно связывая чаяния народов Дагестана о свободе с борьбой передовой России за освобождение трудовых масс.
Будучи одним из «кучки-горсточки дагестанских революционеров»360 в Дагестане и Северном Кавказе, С.И. Габиев был первым из них, кто в период первой русской революции участвовал в классовых боях и стоял на баррикадах. Тем не менее, главным его стремлением было убедить правящие классы в необходимости коренных социальных преобразований в общем в стране и в частности Дагестане.
Он был первым поэтом - создателем революционного романтизма в Дагестане. Основав первые национальные газеты «Заря Дагестана» и «Мусульманская газета», издававшиеся в Санкт-Петербурге, он стал первым публицистом, последовательно бичевавшим царское самодержавие и чиновничий произвол, царивший на Кавказе.
При этом он оставался просветителем и гуманистом, который верил в то, что путем эволюционных преобразований в обществе можно достичь социальной гармонии. Он радовался открытию каждой школы, каждому шагу, приводящему к просвещению забитых горских народов. Однако каждодневная действительность, непримиримость противоборствующих сторон приводили ко все большему нарастанию противоречий, росту антагонизма в обществе и революционного движения.
Первая мировая война ускорила процессы, происходящие в стране, которые в конечном итоге привели к Февральской революции, к созданию Временного правительства, возникновению советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Но в условиях продолжающейся войны тупиковая политика Временного правительства не нашла выхода из создавшейся ситуации, что сделали реальным приход к власти радикально настроенных коммунистов. И в этих условиях Габиев еще сохранял надежды изменить существующий строй мирным путем. Он стремился улучшить условия жизни не путем политического переворота, а путем ускорения развития общественных процессов. Но последовавшие за этим события положили конец иллюзиям С.И. Габиева и его надеждам на возможность эволюционного преобразования общества. После Октябрьской революции он решительно стал сторонником коммунистической-идеологии, как наиболее последовательно проводившей в жизнь свои задачи. В годы Гражданской войны он активно борется за установления Советской власти не только в Дагестане, но на всем Северном Кавказе.
В сентябре 1920 года в период восстания Нажмутдина Гоцинского, когда руководство области проявляло нерешительность в борьбе с путчистами и вопросах объявления автономии, С.И. Габиев решением Кавказского бюро ЦК РКП(б) был направлен в Дагестан в качестве председателя Революционного комитета для решения этих задач. В тяжелых условиях ожесточенных схваток с отрядами Гоцинского он в течение короткого времени вытащил область из критической экономической ситуации, подготовил условия для проведения Чрезвычайного съезда народов Дагестана. 13 ноября 1920 года, наркомнац РСФСР И.В. Сталин объявил о намерении правительства РСФСР предоставить автономные права Дагестану. 20 января 1921 года ЦИК РСФСР издал декрет об образовании автономной Дагестанской Советской Социалистической Республики. Решительные, своевременные действия председателя Дагестанского ревкома Сайд Ибрагимовича Габиева сделали возможным создание Республики Дагестан. То, что она была первой республикой на Северном Кавказе, за которой последовало создание других республик, лишний раз подчеркивает роль, которую С.И. Габиев сыграл в исполнении этого великого акта справедливости по отношению к многострадальным народам Дагестана.
В начале 1921 года путч Н. Гоцинского был подавлен. С.И. Габиева отличало рыцарское отношение к противникам, которых победил в идейных и боевых схватках, но не преследовал после разгрома.
После этого он был переведен на должность заместителя председателя народных комиссаров молодой республики и первого наркома просвещения. С.И. Габиев, всю свою жизнь мечтавший просветить горцев, начал реализовывать свои идеи. Но в отличие от многих образованных современников, имевших восточное ли, европейское ли образование, он ратовал за то, чтобы дагестанцы прежде всего получали начальное образование на родном языке, потом уже на вновь приобретенных языках. Было открыто ряд школ в горном крае. По его предложению в республике был открыт Институт усовершенствования учителей. Были изданы ряд учебников для начальной школы на родных языках. Одновременно он был уполномоченным наркомата финансов РСФСР при Совнаркоме и народным комиссаром финансов и продовольствия Дагестана.
С.И. Габиев был ярым сторонником утверждения русского языка в качестве общереспубликанского, считая, что на современном этапе источником просвещения является европейская культура, в то время, когда восточная культура, которая в свое время была наиболее передовой и будила Европу, ныне находится в упадке, и боролся против пантюркизма и панисламизма.
Габиев обладал тем особым свойством, которое возвышало его над большей частью деятелей своего времени: каждое его слово, каждый его шаг был продиктован служением Отечеству и совершенно лишены личных мотивов. Этим Отечеством для него был Дагестан в составе России.
В тяжелые 30-е годы он оставался мужественным борцом, которого не удалось сломить репрессивным органам.
Творческое наследие С.И. Габиева огромно. Оно недостаточно изучено и издано лишь частично. Оно представляет не только научный интерес и публикация его произведений явилось бы не только данью памяти просветителю, революционеру, поэту, яростному борцу за свободное развитие личности горца, публицисту, основоположнику Республики Дагестан, но и удовлетворило бы потребность дагестанского общества, испытывающего интеллектуальную жажду к истинному источнику просвещения масс.
К сожалению, в республике нет ни одного примечательного места, носящего славное имя С.И. Габиева. Преодоление этого недостатка является исторической необходимостью.
Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Мусаев, Сулейман Ахмедович, 2006 год
1. Абдуллаев М.А. Мыслители Дагестана XIX нач. XX вв. Махачкала. 1963.
2. Абдуллаев М.А. Общественно-политическая мысль в Дагестане в нач. XX в. М. «Наука». 1987.
3. Аликберов Г.А. Победа социалистической революции в Дагестане. Махачкала. 1968.
4. Али-Хаджи Акушинский шейх-уль-ислам Дагестана, патриот и миротворец. (Документы и материалы). Махачкала. 1998.
5. Ахмедов Ш.М. К вопросу о распространении ислама в Дагестане // Вопросы истории Дагестана. Махачкала. 1975. Вып. II.
6. Ахмедов Дж.Н. Периодическая печать Дагестана (1900-1940 гг.). Махачкала. 1963.
7. Ахмедов Дж.Н. Национальная печать Северного Кавказа. Махачкала. 1989.
8. Белинский В.Г. Полн. собр. соч. Т. VI. 1955.
9. Бердяев НА. Судьба России. М. 1918.
10. Блок М. Апология истории. М. «Наука». 1986.
11. Большаков О.Г. История Халифата. Т. I. М. «Наука». 1989.
12. Бутаев МД. Большевистская печать Дагестана. Махачкала. 1988.
13. Бутаев МД. Зеркало времени. Махачкала. 1965.
14. Бутаев МД. Летопись революции. Махачкала. 1971.
15. Бутаев МД. Приравнено к оружию. Махачкала. 1975.
16. Бутаев М.Д., Какагасанов Г.И., Джамбулатова Р.И. Репрессии 30-х годов в Дагестане. Махачкала. 1997.
17. Всеподданнейший отчет главнокомандующего Кавказской армией за 1863-1869 гг. по военно-народному управлению. СПб. 1870.
18. Габиев С.И. Избранные труды. Махачкала. 2001.
19. Габиев С. Лаки, их прошлое и быт. Махачкала. ООО «Риасофт». 2002.
20. Габиев С.И. Моя автобиография (рукопись). (Копия хранится у М. Д. Бутаева).
21. Гаджиев А. Гаджи Абиссинский. Идейная борьба. Махачкала. 2000 г.
22. Гадэшев В.Г. Роль России в истории Дагестана. М. «Наука». 1965.
23. Гаджиев В.Г. Предисловие // Габиев С.И. Избранные труды. Махачкала. 2001.
24. Гаджиев В.Г. Мастера отечественного кавказоведения. Махачкала. 2005.
25. Гаджиев В.Г. Шамхальство // Государства и государственные учреждения в дореволюционном Дагестане. Махачкала. 1989.
26. Гаджиев В.Г., Мусаев С.А. История Дагестана. Хронология (с древнейших времен по 1917 г.). Махачкала. 2005.
27. Гаджиева С.Ш. Сайд Габиев как историк и этнограф Дагестана.
28. Газета «Бакинские известия». 21 декабря 1912 г.
29. Газета «Дагестанские областные ведомости». 1 августа 1910 г.
30. Газета «Заря Дагестана». № 1. 28 февраля 1912 г.
31. Газета «Заря Дагестана». № 2. 28 марта 1912 г.
32. Газета «Заря Дагестана». № 2. 31 марта 1912 г.
33. Газета «Заря Дагестана». № 4. 31 мая 1912 г.
34. Газета «Заря Дагестана». № 6. 12 сентября 1912 г.
35. Газета «Заря Дагестана». № 7.21 сентября 1912 г.
36. Газета «Заря Дагестана». № 2 (14). 28 февраля 1913 г.
37. Газета «Заря Дагестана». № 15. 15 марта 1913 г.
38. Газета «Заря Дагестана». № 6. 4 мая 1913 г.
39. Газета «Заря Дагестана». № 20. 4 августа 1913 г.
40. Газета «Кавказ». 4 августа 1887.
41. Газета «Кавказ». 22 августа 1887.
42. Газета «Красный Дагестан». 5 мая 1927 г.
43. Газета «Красный Дагестан». 29 декабря 1925 г.
44. Газета «Мусульманская газета» № 2. 3 ноября 1912 г.
45. Газета «Мусульманская газета». №21.4 августа 1913г.
46. Газета «Мусульманская газета». № 7. 23 февраля 1914 г.
47. Газета «Обзор Дагестанской области за 1904 г.». Темир-Хан-Шура. 1905.
48. Газета «Революционный горец». 27 октября 1918.
49. Газета «Россия». № 19. 4 октября 1990.
50. Геродот. История. М. «ОЛМА-ПРЕСС Инвест». 2004.
51. Герцен А.И. Полн. собр. соч. Т. XIV. С. 11. 1919-1925 гг.
52. Гумилев JI.H. Черная легенда. М. 1994.
53. Даниилов Г.А. Классовая борьба в Дагестане во второй половине XIX -начале XX в. Махачкала. 1970.
54. Данте А. Божественная комедия. Ад. М. Худ. литература. 1974.
55. Джидалаев Н.С. Предисловие // Габиев. С. И. Лаки, их прошлое и быт. Махачкала. ООО «Риасофт». 2002.
56. Джидалаев Н.С. Тенденции функционального развития языков в дореволюционном Дагестане. Махачкала. 2004.
57. Добролюбов Н.А. Полн. собр. соч. Т. III.
58. Достоевский Ф.М. Пол. собр. соч. Т. XXI.
59. Жирков Л.И. Персидский язык. М. 1927.
60. Журавский А.В. Христианство и ислам. Социально-культурные проблемы диалога. М. Наука. 1990.
61. Зайончковский П.А. Российское самодержавие в конце XIX столетия. М. 1971.
62. Закуев К. Хъявринсса ччаву. Махачкала. 1974.63. ИНСК. Кн. I, II. М. 1988.
63. Ислам (Исторический очерк). М. Наука. 1991.
64. История Дагестана. Т. II, III. М. 1968.
65. История СССР. Т. II. М. 1959.
66. Кавказские горцы. Сборник сведений. Вып. II, III. Тифлис. 1869.
67. Казанбиев М.А. Создание и укрепление национальной государственности народов Дагестана. Махачкала. 1970.
68. Каймаразов Г.М. Очерки истории культуры народов Дагестана. М. «Наука». 1971.
69. Капиева Н. Жизнь, прожитая набело. М. «Советский писатель». 1975.
70. Капиева Н. Сайд Габиев. Журн. «Дон». 1963. №7.
71. Капиева Н. Скрещение дорог. Махачкала. 1990.
72. Кассиев Э.Ю. Очерки лакской дореволюционной литературы. Махачкала. 1959.
73. Каяев А. Материалы по истории лакского народа // Рукоп. Фонд. ИИАЭ Ф. 1. On. 1. Д. 1642.
74. Климович Л.И. Книга о Коране, его происхождении и мифологии. М. 1986.
75. Кнабе Г.С. Корнелий Тацит. М. Изд-во «Наука». 1981.
76. Козубский Е.И. К истории народного образования в Дагестанской области -Дагестанский сборник. Вып. 1. Темир-Хан-Шура. 1902.
77. Коковцов В.Н. Из моего прошлого. Воспоминания 1911 -1919. М. 1991.
78. Коран. Пер. с араб, и ком. М.-Н. О. Османова. М. «Ладомир». 1999.
79. Курбаналиев И.-Х. Воспоминания. Альманах «Дружба». 1965. № 4.
80. Кушева Е.И. Народы Северного Кавказа и их связи с Россией. 1963.
81. Къаяев А. Лакку маз ва тарих. М. 2006.
82. Лавров Л.И. Светская культура и быт лаков. Вопросы этнографии Кавказа. Тбилиси. 1952.
83. Лавров Л.И. Эпиграфические памятники Северного Кавказа. Ч. I. М. 1966.
84. Лежава А.П. Революционное содружество народов Грузии и Северного Кавказа в борьбе за победу социалистической революции. М. 1978.
85. Ленин В.И. Избранные произведения в 3-х томах. М. Изд-во полит, литературы. 1982.
86. Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 41.
87. Литературная энциклопедия. Т. 8.
88. Магомедов М.Г. Исторические взгляды С.И. Габиева. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Махачкала. 2004.
89. Макьявелли Николо. История Флоренции. М. «Наука». 1987. Маркс К., Энгельс Ф. Избранные произведения. Т. III. М. 1979.
90. Масуди. Мурудж ад Дзахаб // Минорский В. Ф. История Ширвана и Дербента. М. 1963.
91. МеджидовЮ.В., Абдуллаев М. А. Али Каяев. Махачкала. 1993.
92. Микоян А. И. Дорогой борьбы. М. 1971.
93. Минорский В.Ф. История Ширвана и Дербента. М. 1963.
94. Мунчаев Ш.М., Устинов В.М. История Советского государства. М. Изд-во «Норма». 2002.
95. Муркелинский Г.Б. Литературно-публицистическая, общественная деятельность С. И. Габиева.
96. Mycaee С.А. Критика концепции евроцентризма в произведениях С.И. Габиева. // «Вестник Дагестанского научного центра». Махачкала. 2006. № 24. С. 88-92.
97. Мусаев С.И Штрихи к портрету С.И. Габиева. Махачкала. 2006.
98. Нахшунов ИР. Виноградарство и виноделие Дагестана. Махачкала. 1980.100. «Обзор Дагестанской области за 1899 г.». Темир-Хан-Шура. 1900.
99. Пажитнов К.А. Очерки по истории нефтяной промышленности. M-JI. 1940. Памятная книжка и адрес календарь Дагестанской области. Составитель Е.И. Козубский. Темир-Хан-Шура. 1901.
100. Плеханов Г.В. Искусство и литература. М. 1948.107. «Предвыборное воззвание», приложенное редактором к №№ 6, 7, 8 газеты «Заря Дагестана» от 12, 21,25 сентября 1912 г.
101. Роберт Берне в переводах С. Маршака. М. «Правда». 1979.
102. Русско-дагестанские отношения (РДО).
103. Саблуков Г.С. Сведения о Коране, законоположительной книге мохаммеданского учения. Казань. 1884.
104. Сериков Н.И. О некоторых аспектах подхода к исследованию арабо-византийский отношений X-XI вв. в современной зарубежной историографии. -Византийский временник. 1983.
105. Соловьев B.C. Собр. соч. в 10 томах. СПб. Т. 4. С-Пб. 1911-13.71б.Сулейманов С.И. Из истории чекистских органов Дагестана. Махачкала. 2000.
106. Султанов К. Этюды о литературах Дагестана. М. «Советский писатель». 1978.
107. Тагор Р. Избранное. М. «Просвещение». 1987.
108. Тит Ливий. История Рима от основания города. Т.1. М.«Наука».1989.
109. Тойнби А.Дж. Пережитое. Мои встречи. М. «Айрис-пресс». 2003.
110. Халидов А.Б. Книжная культура // Очерки арабской культуры V-XV вв. М. 1982.
111. Хасбулатов Х.М. Сайд Габиев. Махачкала. Дагестанское книжное изд-во. 1972.
112. Х1ажиев В.XI. Шикку я ххибансса, я чансса цичГав бакъассар, ишмур аьрщарай укун бивк1сссар. (Гаджиев В. Г. Тут не прибавить, не убавить, так это было на земле.) // «Илчи». № 32. 2005.
113. Шацкий П.А., Муравьев В.Н. Ставрополь. Исторический очерк. 1977.
114. Шихсаидов А.Р., Айтберов Т.М. Оразаев Г.М.-Р. Дагестанские исторические сочинения. М. 1993.
Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.